Aquarium
Отрывки из мифологии Аквариума


__________________________________

И С Т О Р И Я     С В Е Т Л Ы Х     В Р Е М Е Н

ТЕОДИЦЕЯ
(Для Тех Кто Умен)

До сих пор я занимался тем, что прояснял аквариумовский контекст, назовем его просто аквариум. Разрабатывая идейную сторону вопроса, мне кажется, я что-то упустил. Попробую заняться филологией - двинуться вглубь аквариумовского слова. Посмотрим куда нас приведет мысль.
Строго говоря, филология невозможна как наука в рок-музыке, ее притязания, как и притязания любой науки, смешны той культуре, которая раз и навсегда отказалась от научной картины мира. И все-таки попробуем вглядеться в малый участок аквариума - фрагмент. Я выбрал не песню целиком и не слово, а именно фрагмент по нескольким причинам. Во-первых, разбирать всю песню было бы утомительно. Не хочется ловить себя на том, какой ерундой ты занят. Со словом я уже пытался разобраться в одном из предыдущих файлов. Но главная причина: рок-текст рассыпается на фрагменты, он фрагментарен по своей природе.
В свое время А.Вознесенский нечаянно обронил метафору "вольный стрелок БГ". Попробую ее переосмыслить: вольный стрелок предстанет как тот, кто бьет по далеким мишеням, которых не видит никто, даже он сам... Сознание наощупь движется в каких-то новых местах, еще не отмеченных словом, где ничего еще не названо. И само именование решается, видимо, каким-то выстрелом сознания - мгновенной реакцией на то, что слова, имеющиеся у тебя в запасе, подходят к этой реальности, что эти и только эти слова - как раз то что надо. И если выстрел удался, то можно идти дальше, потому что в этих местах уже поселилось слово.
Связей между фрагментами - выстрелами сознания - нет никаких. Просто стрелы летят из одного лука. Слова - факты сознания одного человека. Песня и есть сумма таких фрагментов. Только такая существует связь между фрагментами Дао Дэ Дзин или Чжуан-Цзы. Это не парадоксальные или алогичные связи, это просто происшествия одного сознания, и логика тут вообще не является гарантом связи - только сам человек. Сознание движется поступательно, оставляя за собой фрагменты опыта. Китайцы называли их фактами сердца. Эти фрагменты случайны. Но их объемлет некая целостность контекста, то есть аквариума, в свою очередь встроенная в более общий аквариум, который объемлет еще один аквариум... и так далее.

Песня "Встань у Реки", откуда я возьму две строки, появилась только в недавней компиляции "История Аквариума Архив том III". Время ее написания теряется в непроглядном прошлом, БГ называет год 1978. Строки такие:

НО ОН ОКНО, В КОТОРОМ ПРЕКРАСЕН МИР
И КТО ЗДЕСЬ МИР И КТО ЗДЕСЬ ОКНО

Все очень просто, метафор тут нет, броских эпитетов нет, цитат тоже нет, слова использованы в своих словарных значениях. Если отвлечься от Аквариума, рок-музыки, поп-культуры и вообще всего (кайф!), то можно сказать, что они могли быть сказаны или написаны кем угодно. Эта фраза могла промелькнуть в разговоре, в каком-нибудь споре. Быть может, БГ нашел ее в какой-нибудь умной книжке, спер у индуса или китайца - кто сейчас разберет?
Попробую подойти к фрагменту с другой стороны. Филология всегда занималась тем, что ставила пробу словам - эти слова высокой царственной пробы, а это медяки. В этом фрагменте слова не весят ничего, тут нечего рассуждать о пробе. Слова вообще тут неглавны, они теряются в общем проекте чего-то большего. Слово только служит. И его невесомость, прозрачность - идеальная оболочка служебности. Мгновение - и собеседники забыли о чем спорили, заговорив о бабах.
Филологии тут нечего делать: рок-н-ролл - не поэзия, не словесное творчество, а просто искусство хватать с воздуха пролетевшую фразу. Это искусство хватает самые простые слова. Рок-н-ролл работает с тем общим (мир, окно, красота), что осталось от языка и останется от него после любой исторической катастрофы. Русский Акрополь пал. Слово больше не способно удержать на себе небесный свод, как то было в Х!Х веке. Но простые слова никуда не исчезнут и в них уже заключены все смыслы. Язык говорит сам за себя, даже будучи застигнут в своей исторической нищете.

Попробую прояснить кто такой "он". Приведу четверостишие целиком:

Итак, он поет, но это не нужно им
А что им нужно - не знает никто
Но он окно, в котором прекрасен мир
И кто здесь мир и кто здесь окно?

Он - человек, поющий песни. В какой-то степени это выставление себя, потому что кто, как не сам БГ, поет песни. Но это неглавное. Если бы это было главным - Я прекрасен - Нарцисс влюбился бы в свое отражение и безвозвратно ушел в свое зеркало, однако БГ все еще с нами. Более того: оттенок человека как певца или художника случаен: это просто ближайшее, биографическое. Певец, музыкант, художник, артист - лишь версии того окна, в котором прекрасен мир. Здесь говорится просто о человеке. Это один из краеугольных моментов рок-революции. Художника как метафизически привилегированного класса больше не существует. Все художники.
Это качество человека - его прекрасность - не вытекает из обиды непонимания. Понятно, что ни им, ни нам ничего не нужно. Что нужно знает реклама и больше не знает никто. Прекрасный Человек - это чистая возможность, но она и задает интонацию всего Аквариума.
Итак, строку можно расширить: "Человек - окно, в котором прекрасен мир".

Человек - окно из этого мира куда-то вовне. Но в окно кто-то должен смотреть, иначе окно бессмысленно. Через окно-человека мир кем-то наблюдаем. Наблюдаем сам человек. И само это качество - прекрасность - возникает для того, кто наблюдает. Наблюдатель имеет какое-то прямое отношение к слову "прекрасен". Если я правильно слушаю Аквариум, это слово возникает словно помимо воли человека, поющего песню. Это слово БГ как певец и акцентирует. Мы сталкиваемся с тем, кого можно назвать Наблюдатель.

Следующая строка "и кто здесь мир и кто здесь окно" не ставит под вопрос предыдущую и не отменяет ее. Спрашивающий сам в замешательстве. Этот дурацкий вопрос полностью все запутывает - и одновременно все высветляет. Все ответы на вопрос "кто есть кто" становятся равноправными. Человек - окно из этого мира, человек - окно в этот мир. Человек находится под наблюдением, но и сам он приставлен к окну, глядящему из мира. Сам человек - равноправный мир. Мир прекрасен. Мир - окно, сквозь которое смотрит человек. Мир - это человек. Мир - это окно. Человек - это окно. Человек - окно из мира в мир. Окно - это мир и окно - это человек.
Попробуйте теперь разобраться в этих образах, суммировав их и представив себе какую-то общую картину - ничего не получится. Эти образы органично вытекают из содержания фрагмента, однако картина, ими созданная, настолько больше нашей способности восприятия, что любые толкования становятся бессмысленны. В этих райских образах можно играть до бесконечности. Войдя в них и прочувствовав их, мы получаем то, что хотели: Четвертое Измерение, некую Сферу вокруг нас, которую можно назвать Выходом, Входом, Дверьми Домой, Пространством Пространств.
Замечу лишь, что эти пространства возможны только при наличии того, кого мы назвали Наблюдатель. Вне его взора мы оказываемся в какой-то камере с наглухо заколоченными окнами, в скорлупе замкнутого мира, или как в свое время выразился Достоевский - "в баньке с пауками по углам". Попросту говоря, вне Его нет ни мира, ни окна, ни человека.

Моя мысль наконец доползла до вожделенного итога. Она именно ползла как червь, по некой плоскости логики, за тем только, чтобы вдруг оказаться в каких-то местах, где ей делать больше абсолютно нечего, где она превращается во что-то другое. Эта мысль опиралась на слово и шла за словом, но Аквариум произошел вовсе не из слова. Аквариум сотворила музыка, которая внесла какую-то новую координату в поэзию БГ, и в этом фрагменте я попытался показать что такое "психоделическое слово", как это слово смогло выйти из собственных границ и исчезнуть в каком-то океане, его обозначив.
Эту же работу, проведенную со словом, можно было провести, опираясь на музыку, тем более что психоделическая музыка, открытая в 60-х, и есть попытка в звуке скопировать этот космос, открытый человеком революционным методом ЛСД. Музыка Аквариума в свое время дала почувствовать именно это: распахнутый космос. В пору своего расцвета они не писали строго психоделической музыки, однако лучшее, ими сделанное, овеяно этим чувством, в свое время родившим на свет эту музыку в лице Битлз и одновременно калифорнийских групп, шедших за Beach Boys.
Но сама эта музыка отныне не имеет конца, потому что никогда не поздно описать это странное место, где вращаются планеты, летают хвостатые кометы, крутятся-вертятся разноцветные шарики, побольше и поменьше, на одном из которых внезапно зарождается жизнь; место, где взгляд человека теряется в звездах, где человек осознает, наконец, что не он господин этого космоса, что он лишь скромный житель, но житель бесконечно величественных просторов, которые ему распахнуты. Этот космос похож на детские карусели, много-много разноцветных каруселей разного диаметра, вращающиеся как справа-налево, так и слева-направо, как сверху-вниз, так и снизу-вверх, на которых ты можешь ездить до одури.

ВЫВОД:
ДА БУДЕТ МИР АКВАРИУМОПОДОБЕН

Не нам грешным   понять величие замысла Аквариума. Величие самого их проекта. Потенциал его пролетарского интернационализма. Такие проекты возникают сначала в сознании, потом в работе. Потом они рассеиваются по конкретным исполнителям, работающих на разных заводах и фабриках. Никто не знает куда исчез сам проект. Но что-то с ним происходит. На самом деле, все хорошо.
БГ сказочник, он же проповедник, он же певчая птица. Аквариум возродили этот старинный пафос - мы будем строить новый храм! Они первыми у нас занялись возведением альтернативного храма, где истина, добро и красота снова сияли бы единством. Они спели о том, о чем петь неприлично - о любви, и кому-то сейчас от этого стыдно. Но именно самые банальные слова должны вечно обновляться! Других слов нет.
Я допускаю, что сама поп-культура эфемерна как бабочка и вообще нет никаких альтернатив. Просто в нашей поднебесной проделана какая-то очень важная работа, имя которой Аквариум.
Пожелаем же всей планете аквариумоподобия.
Кстати, однажды кто-то отругал БГ за то, что он отредактировал песню Хвостенко-Волохонского. Там поется "над небом голубым есть город золотой". БГ спел "под небом голубым". Фактически, эту работу и проделал его рок-н-ролл, спустив однажды на землю занебесный город.
Аквариум и спел о нем, о вечном городе Гипербореев, где блестят луковки церквей, парусный флот всегда готов к отплытию на Юг и мосты, мосты, мосты - почти как в Питере через реки и каналы - по которым все могут ходить в гости друг к другу и не смотреть на часы в ожидании, когда мосты сведут. Все они уже сведены.
Город погружен в нездешний покой.
На небе одна яркая звезда.
И из тех кто попадал сюда, еще никто не возвращался назад.

оглавление





Вернуться к главному меню

Вернуться к разделу "Разное"

Для писем